Кавминводы как наследник советского атомного проекта. Корреспондент «Русской планеты» побывала в хранилище радиоактивных отходов под Пятигорском. Машина останавливается на краю обрыва, внизу — несколько белых полей, разделенных полосками земли. Мне кажется, что это водоемы с застывшим льдом. На самом деле так выглядит хвостохранилище: комплекс сооружений, предназначенный для захоронения радиоактивных отходов обогащения полезных ископаемых, почему- то называемых хвостами.
Иными словами передо мной 8. После распада СССР земля оказалась бесхозной, как и выработанные штольни горы Бештау, откуда и добывали породу. Много лет власти Ставрополья говорили о необходимости рекультивации хвостохранилища, пока Гидрометаллургический завод (ГМЗ) города Лермонтов не занялся проблемой, создав новую уникальную технологию консервации радиоактивных отходов. Радиогеологическое изучение региона начал в 1.
Эрнест Карстенс, который впервые занялся поиском радоновых бальнеологических вод и открыл радиоактивность теплосерных вод. К 1. 92. 6 году в районе горы Горячей в Пятигорске было установлено наличие радоновых вод. В 1. 94. 3 году в СССР начались работы по созданию сырьевой базы атомной промышленности. В 1. 94. 4 году была создана специализированная партия «Кольцовская экспедиция» первого главного геологического управления Мингео СССР. Экспедиция обнаружила промышленные запасы урана на горе Бештау. В 1. 95. 0 году было создано горнодобывающее предприятие — рудоуправление . Производился ли здесь только урановый концентрат путем выщелачивания из руды, или шло дальнейшее обогащение урана?
Фактически здесь извлекали сорбцией уран, это обогащение в жидкую фазу. А то, что оставалось при переработке, называется хвосты. Хвостохранилище здесь появилось практически с самого начала. Твердая часть оседала, а жидкость шла дальше в технологический процесс. За время работы «Алмаза» в запрудах скопились тысячи кубов породы с остатками урана. Что сейчас с отходами происходит?
О том, как сегодня выглядит гора Бештау, рассказывает Лада. В этом году 5 миллионов затрачено на рекультивацию пятой карты, это самая .
У нас были специалисты, умеющие работать в этой области, и мы начали работу над поддержанием в безопасном состоянии бывших объектов «Алмаза». Stormfall Калькулятор. Наше предприятие ГМЗ постоянно занимается рекультивацией. Дело в том, что мы производим минеральные удобрения из апатита. Апатит мы используем хибинский с Кольского полуострова. А когда перерабатывается апатит, то в процессе образуется фосфогипс. Это уникальный экологически чистый материал, который прекращает любую миграцию радионуклидов.
- 1 фотография. Штольня 13 в Лермонтове. Поделись своим мнением на карте интересных мест.Адрес: Россия .
- Штольни Бештау, штольни горы Бештау, шахты Бештау, урановый рудник в.
- Сурина показывает мне «карты» — так называемые котлованы с .
Фосфогипс нейтрализуется нами известковым молоком. Его мы отправляем в виде пульпы, смеси воды и твердого вещества, на хвостохранилище поверх радиоактивных хвостов. В окружающую среду ничего не сбрасывается — у нас закрытая система водоснабжения технологического процесса. Пока мы единственные, кто использует фосфогипс для рекультивации, но Ростатом заинтересовался этой технологией, планируется вводить ее в Краснокаменске. Это самая дешевая технология.– А какова глубина котлованов?
Бештау - самая крупная (8 километров в поперечнике) и высокая из них (1401м). Входы в штольни отмечены на викимапии, а вот заметки. Всё-таки по карте взаиморасположение дальних объектов выглядит .
Дамба высотой 3. 7 метров, она намывалась уступами по 6 метров. Намыта хвостами. Никто, думаю, не измерял. Вокруг хвостохранилища есть так называемые наблюдательные скважины, они расположены таким образом, чтобы мы могли контролировать подземные потоки воды. Ежеквартально берем пробы воды на разной глубине, определяем химический состав, в том числе и радиоактивных элементов. Полоний, радий, уран, торий и свинец. И мы видим, что на протяжении этих лет концентрация всех загрязняющих элементов находится на одном, фоновом уровне. В 1. 99. 7 году научно- техническим предприятием «Сигма» проведен расчет надежности и сейсмостойкости дамбы хвостохранилища, который показал ее устойчивость при 9- балльном землетрясении.
Пока занимаемся — никакой опасности нет. В перестройку металлолом радиоактивно загрязненный тащили машинами. Пока предприятие стояло, кто что хотел — то и делал.
В составе советского «Алмаза» действовало два рудника. Первый был расположен на Бештау, севернее Пятигорска. Второй — на горе Бык, северо- западнее Железноводска. Добыча руды осуществлялась как традиционным горным способом, так и методом подземного выщелачивания. То есть из Бештау выбирали породу, и обогащали уран на заводе, а на Быке закачивали кислоту прямо на месте, она брала на себя уран, и на предприятие везли уже готовый раствор. Сейчас посмотрим 1. Ниже не шли, чтобы не повредить экосистему, потому что там обводненная территория из- за минеральных источников.
И то же самое на Быке. Какое- то время сюда руды привозили, а во время перестройки предприятие встало. А оно было градообразующим. В него входило несколько заводов, ЖКХ, все детские садики.
И в 1. 99. 7 году ГМЗ был выделен в отдельное предприятие, — объясняет Лариса Сурина.– После распада СССР о консервации отходов не было речи? Как правило, ураном занимались закрытые города, с одним градообразующим предприятием, на котором держалась вся экономика населенного пункта. После того как уран стал никому не нужен, люди оказались без работы. Тут еще хорошо, что рядом Пятигорск, Железноводск, а есть в стране предприятия, которые тяжелее перенесли перестройку.
Возьмите тот же Краснокаменск в Читинской области, он в 6. Читы, людям сложно приходилось. Мама аналитик, а отец — горняк. И я закончила Ленинградский горный институт, и брат у меня тоже обогатитель. Закрытые города ничем особо не отличались от обычных, только снабжение получше было во времена СССР.
Отец с 5. 0- х годов был под землей, а тогда в штольнях нормальной вентиляции не было. А у них все пляжи фонят ураном. Придумывают много чего.
У нас, оказывается, на ГМЗ выбросы полония! Откуда у нас он? Это продукт атомной реакции в реакторах в мизерных количествах. Кто- то где- то сказал, и все, понеслось сарафанное радио. О какой- то урановой воде говорят, хотя те же санитарные нормы на питьевую воду, допускается урана 0,2.
Мы пьем кубанскую воду, а то, что выходит из минеральных источников — это вода не питьевая. Она может быть лечебная по своему составу или столовая. Из штольни выходит природная вода.
Сам регион аномальный, тут радиоактивный фон повыше, чем в том же Ставрополе. Есть такое понятие — дозанакопление. У нас превышения по нормам не бывает, плюс увеличена продолжительность отпуска и пенсионный возраст раньше. Специальное питание.
Не то, что какое- то специальное, а просто полноценное бесплатное питание. Для января стоит аномально теплая погода: +1. Солнце выходит из- за туч и становится жарко в зимней куртке. Считается, что здешние рудники — самое большое подземное сооружение России, хотя Сурина в это не верит.
Говорит, что в Хибинах шахты значительно больше. Нет, не самый длинный в стране, это ерунда какая- то. Возьмите то же хибинское месторождение, там на тысячу метров только спускаться вниз.
Бештау людьми, словно кротами, изъедена. Она не полая, но обрушения есть.– Почему бы не использовать ходы в туристических целях? Но надо кому- то поддерживать ходы в хорошем состоянии, персонал содержать, проветривать надо, потому что уран в горе все равно остался. Экономически невыгодно.
В свое время на Быке хотели в 1. Бештау — в 3. 1- й. Но страна развалилась, и о планах забыли. Даже источник минеральной воды в штольне был.
Всего на горе 6. 3 выхода, из них 4. Это «Поселок . Лариса Сурина рассказывает, что город Лермонтов строить сначала не собирались. Старожилы рассказывали, что однажды приехала какая- то комиссия из Москвы, и, находясь на Бештау, они увидели, что все в тумане, а где сейчас Лермонтов — солнышко. Даже в народе это место называли «Ясная поляна». Они и решили, что городу быть.